Art of The Pause

May 4, 2017. The day I left my dream job. I am not longer the music therapy program director at Harvard Vanguard Hematology and Oncology, and I am not longer a clinical training supervisor for Berklee College of Music at the site.   How did it happen? Why? When did it start? What could possibly … More Art of The Pause

Foguete

Я так и не выучила слова. Мириам всегда пела эту песню, а я аккомпанировала ей на гитаре и делала вид, что тоже пою, но, конечно, безнадёжно путалась в португальском. Мириам тоже играла в юности, и теперь вспоминала, и постепенно гитара стала для неё опорой, спасательной шлюпкой в бущующем море онкологического диагноза. Прошёл год, и однажды … More Foguete

Начало. Зерно.

То, что произойдёт между нами – стихия. Стихию невозможно предсказать. И всё же действие её есть работа множества точнейших механизмов, реализация глубинного мирового закона. То, что произойдёт между нами, похоже на дерево. Опущенное в землю зерно станет ростком, росток окрепнет в ствол, ствол разойдётся ветвями – непредсказуемо, но закономерно. Чудо – это то, что мы … More Начало. Зерно.

Смерть

Снова смерть прошла рядом, чиркнула белым крылом. Шлейф тишины протянулся за ней, запутался в больничных коридорах, накрыл вечер и февраль. В фонарях на фоне закатного неба, в глухих ударах каблуков по тротуару, в чёрных силуэтах деревьев читается тайна, намёк на  призрачность осязаемого мира. Душа пробуждается от беспокойного сна, стряхивает с себя лишнее, становится внимательной и … More Смерть

Колыбельная для Марти

Арт-студия. Слушаем колыбельные одну за другой – сенегальскую, канадскую, английскую, непальскую, египетскую, японскую, бразильскую. И я пою – турецкую, русскую про котеньку, американскую.. Как всегда, когда здесь, в студии, материализуется живой звук, все затихают. Почти все смотрят – оторвавшись от рисования; расширенными, как у детей, глазами. Будто боятся спугнуть звук. В конце занятия Марти, чёрный, … More Колыбельная для Марти

Яблоки с Корицей

Утренняя музыкальная группа, только для женщин. 10 утра – “час пик” в реабилитационном центре: арт-студия, компьютерный класс, “зелёная гостиная”, кафе открыты и бурлят движением, музыкой, разговорами. Поэтому наша группа проходит на учебной кухне, за большим деревянными столом. Немного неформат для музыкальной терапии, зато уютно. Мы пьём чай с яблочными дольками, посыпанными корицей, и поём Элвиса. … More Яблоки с Корицей

Лоскутное Одеяло

Amazing grace, How sweet the sound, That saved a wretch like me. I once was lost, but now I’m found, Was blind, but now I see… В полумраке сенсорной комнаты слов старинного гимна почти не разобрать: мы поём почти шёпотом, на три голоса, и никто из нас не помнит слов от начала и до конца. … More Лоскутное Одеяло

Пабло

– Джейн, меня опять вырубило. Мы в больнице… Хорошо, что мы в больнице. – Бледный китаец лет 50 на вид, с дебелой бледной кожей, трёт виски и смотрит прямо перед собой. Сидящая рядом с ним пожилая женщина в тяжёлых очках кивает: – Рисуй, рисуй, Пабло. – Как Вас зовут? – Алиса. – Алиса, послушайте, ведь … More Пабло